Год назад наш кот пропал. Я довольно быстро смирился с мыслью, что мы его больше не увидим. Моя жена — нет. Это её сломало. Чтобы выдержать тишину в доме, она научилась вязать. Не ради удовольствия — просто чтобы занять руки, когда боль становилась слишком тяжёлой.

Ночь за ночью она вязала маленькие яркие шапочки и мягкие пледы для животных, оставляя в каждом стежке свою тоску. Потому что пустой дом болел сильнее слёз. Со временем это превратилось в дело — она начала делать аксессуары для питомцев на заказ. Это дало ей опору. Что-то кроме миски с едой, которую мы так и не смогли убрать.

На прошлой неделе мы поехали отвезти очередной заказ. И я увидел худого, потрёпанного полосатого кота, мелькнувшего между домами. Я почти проехал дальше. Но всё же позвал его по имени.

Он остановился. Посмотрел. И побежал к нам, громко мяукая, почти плача. В тот момент я понял — это он. Спустя год. Не дома, но всё ещё наш.

Жена расплакалась, прижимая его к себе. Мы ничего не объясняли. Просто сели в машину и повезли нашего кота домой.

Теперь он не отходит от нас ни на шаг. Ходит следом, смотрит внимательно, будто боится снова нас потерять.

Она надела на него одну из своих шапочек для фото. Он выглядит крайне несчастным. И это не имеет значения. Главное — он дома.

От Алисы Волковой